Наталия Ростова,
при поддержке фонда «Среда» и Института Кеннана

Расцвет российских СМИ

Эпоха Ельцина, 1992-1999

Проходит силовая операция «Мордой в снег» («Маски-шоу»*)

Спецоперацию против группы «Мост», получившую такое название, проводят Главное управление охраны МВД и Служба безопасности президента.

В 5:30 вечера блокированы входы в здание на Новом Арбате, где располагались офисы «Моста», несколько охранников избиты и положены в снег на несколько часов. «Это было первое прямое столкновение силовых структур, подчинявшихся Б. Ельцину, с нарождавшимся крупным бизнесом России, — говорится в книге «Эпоха Ельцина», подготовленной советниками президента. — Грубость и явная противозаконность этой акции повергли в шок предпринимательские круги. К этому добавились совершенно неуклюжие попытки публично оправдать свои действия».1

«В течение сегодняшнего дня, начиная с полудня, группа неизвестных лиц, вооруженных автоматами, блокирует вход и подъезд в здание Мэрии г. Москвы (Новый Арбат, 36), незаконно вскрывает автомашины, принадлежащие на праве собственности ТОО ‘Группа МОСТ’, причиняя им материальный вред. Водителей автомашин ряда руководителей ТОО ‘Группа МОСТ’ и их телохранителей удерживают в течение двух часов в лежачем положении на холодной земле, — пишет министру МВД Ерину Владимир Гусинский. — С представителями ТОО ‘Группа МОСТ’ беседовать отказываются, угрожают применением оружия. Какие-либо доказательства о принадлежности этих лиц к правоохранительным органам, а также основания для проведения незаконных акций предъявить отказываются. Прошу принять срочные меры по пресечению нарушений законности и прав человека».

Факс 1994 года. Из архива главного редактора газеты «Куранты» Анатолия Панкова.

У организатора этой акции — начальника Службы безопасности президента Александра Коржакова была своя версия. «Там прокуратура во всем разобралась, — говорил он в интервью ‘Совершенно секретно’ осенью 1996 года, после потери своей должности в результате скандала с «коробкой из-под ксерокса». — Ребятки незаконно владели оружием, удостоверениями милиционеров. У них даже был броневик, полный оружия, в том числе крупнокалиберного. Он удрал. Нам тогда просто недоставало техники, и мы не смогли его задержать. А [помощники президента Георгий] Сатаров и [Юрий] Батурин на следующий день ввели президента в заблуждение, убедив его, что все банкиры из-за нас перепугались и стали переводить свои миллионы за границу. Просто обманули его, что бывало, кстати говоря, частенько. И уговорили президента сделать обращение, что он со своей службой безопасности разберется. Обращение-то было. Правда, Борис Николаевич его в глаза не видел. Он просто дал согласие: мол, ладно, пишите что хотите. <…> Это был, если хотите, акт мести. Накануне днем на моих людей напали сотрудники ФСБ, которых по указанию Гусинского прислал Севастьянов (он сейчас руководит кадрами в администрации президента, правая рука Чубайса). То есть банкир Гусинский звонит фээсбэшнику Севастьянову и жалуется, что за ним слежка, надо бы за это проучить. Потом налетают эти ребята и применяют оружие. Одному моему парню, лейтенанту, пробили рукояткой пистолета голову. Когда я доложил обо всем президенту, он велел немедленно подготовить указ о снятии Севастьянова за сталкивание спецслужб. Выполнение под козырек приказа банкира — это, я думаю, дает основания прокуратуре рассмотреть вопрос всесторонне, а не только в отношении положенных на землю охранников «Моста». А с моей стороны надо было показать ребятам, что к чему…».2

Российская пресса бурно комментирует произошедшее. «Провокация не удалась, и теперь, конечно, общественность с облегчением узнает, что на Новом Арбате были схвачены убийцы Меня, агенты Дудаева, террористы из Шри Ланки и боевики ИРА», — язвит на следующий день газета Гусинского «Сегодня».3 «Безнаказанность спецслужб может привести к созданию в России полицейского государства», — кричит заголовок газеты «Известия».4 «Те, кто не слишком молод, помнят еще времена, когда закаленный в боях армейский генерал бледнел и заикался перед майором НКВД, — пишет в «Литературной газете» диссидент Кронид Любарский. — Кто в стране был тогда поистине всемогущим — знал каждый. Казалось, те времена сгинули. Ведомство г-на Степашина, если бы даже и захотело, прежней мощи уже не наберет. Но свято место пусто не бывает. И по многим признакам похоже, что на него делает серьезную заявку служба генерала Коржакова, ближайшего конфидента главы государства. До сих пор все такие подозрения питались лишь слухами, ‘экспертными’ оценками, кремленологическими наблюдениями за тем, кто с кем рядом сидит или стоит. В пятницу новая ‘силовая структура’ произвела первую открытую пробу сил, осуществив бандитскую акцию прямо на глазах конституционных правоохранительных органов. Их интересует: сойдет ли? Как прореагирует общество? Что скажет президент? Похоже, что общество не намерено безропотно проглотить случившееся. И президент, надо полагать, отдает себе отчет, как легко стать заложником тех, кому доверяешь свое тело, а затем и душу».5 «Кто управляет страной — Ельцин, Черномырдин или генерал Коржаков?» — задаются вопросом «Известия» в конце декабря.6

Фрагмент первой полосы газеты «Известия» от 22 декабря 1994 года.

В интервью «Коммерсанту» начальник службы безопасности группы «Мост» Дмитрий Горбачук рассказывает: «Это началось даже не в пятницу, а еще за несколько дней до печальных событий, мы сейчас в своем кругу называем их ‘Маски-шоу’, потому что это представление какое-то было. И люди в масках, и действия их были, наверное, больше рассчитанное на публику, чем на итог. Мы стали замечать, что за нашим генеральным директором, Владимиром Александровичем Гусинским, все время следуют отдельные машины. Давайте назовем это ‘хвостом’. Отдельные машины, которые — может быть, случайно, может быть, неслучайно — попадали по нескольку раз в поле нашего зрения. Они были практически каждый день разные. Мы проанализировали ситуацию, узнали, что машины не частные, а государственные, а кроме того иногда нам давали понять, что таких машин в картотеке нет, и тогда мы поняли, что это не автобаза какого-либо хозяйства, а автомашины определенных силовых структур. И мы, посовещавшись, пришли к выводу, что надо быть максимально внимательными и прежде всего выдержанными. Прошел инструктаж для всех сотрудников. В пятницу за нами начали следить небольшими силами, демонстративно, именно демонстративно, и создавать всевозможные ситуации, которые в любых других случаях вызвали бы ответную реакцию охраны <…> нас предупредили, что около дачи крутятся длительный период времени 4 автомашины, на задних сидениях которых находятся люди в масках, они вооружены автоматами и один гранатомет у них. <…> на даче генерального директора, Владимира Александровича Гусинского, он снимает дачу в поселке Успенское. <…> Наш шеф очень мудрый человек, и он понял, что ни одна из государственных структур нас не защитит. Никто. Наши попытки обратиться к двум основным правоохранительным структурам, которые находятся в городе Москве, не привели ни к чему. Значит, единственная наша защита — это пресса, это гласность. Вы оказались третьей силовой структурой в стране, которая может помочь гражданам. И минут через 10 начали прибывать корреспонденты. Быстрее, чем приехала милиция. Они остановились здесь, на них тоже были наведены дула автоматов, все те же слова им были сказаны. Частично те, кто начал ходить вокруг, наткнулись на вход в гостиницу «Мир», и мы стали их проводить в мэрию. Мы созвали моментально пресс-конференцию. Владимир Гусинский выступил перед корреспондентами, ответил на все их вопросы. Пояснил, что мы до сих пор не знаем, кто совершил это вооруженное нападение, не знаем цели нападавших, к нам никто не приходил, у нас никто ничего не спрашивал, наши попытки узнать что бы то ни было тоже не увенчались успехом».7

«Хотелось бы верить распространенному 4 декабря сообщению пресс-службы Службы безопасности президента РФ и Главного управления охраны РФ о том, что 2 декабря ‘подразделение Службы безопасности президента РФ совместно с органами МВД России провело проверку сигнала по факту появления на трассе, входящей в зону оперативной ответственности федеральных органов государственной охраны, неизвестных вооруженных лиц, находящихся в автомобильном кортеже’, — возмущены ‘Известия’. — Но верить мешает двойная ложь, заключенная в этом сообщении. Во-первых, накануне, 3 декабря, руководители той же Службы безопасности президента РФ передали председателю Роскомпечати Сергею Грызунову текст, содержащий совершенно другую подоплеку операции. По этой версии на Новом Арбате 2 декабря проводилась «операция по выявлению и изъятию документации, подтверждающей причастность ряда коммерческих банков к событиям ‘черного вторника’ (11 октября, когда курс рубля рухнул на 1500 пунктов в течение двух днейН.Р.), а также по расследованию ‘связи руководителей ‘Мост-банка’ с коррумпированными работниками органов государственной власти правительства Москвы и ряда силовых структур’. После возмущенной реакции прессы и банковских кругов руководство Службы безопасности президента РФ в скорректированной версии 3 декабря вынуждено было признать, что «данное мероприятие федеральных органов государственной охраны не связано с проверкой финансовой деятельности группы ‘Мост'».

На следующий день Ассоциация российских банков требует от правоохранительных органов «провести тщательное расследование по инциденту 2 декабря о нападении на сотрудников ‘МОСТ-банка’ и прекратить распространение недостоверной информации о его деятельности». А 6 декабря Ассоциация проводит пресс-конференцию с участием Гусинского. «Президент Мост-банка Владимир Гусинский заявил, что самое страшное для него в этой истории заключается в том, что два дня ему никто не мог объяснить, что, собственно, происходит, — писал в те дни «Коммерсант». — ‘Молчали, когда забрали меня с дачи и сопровождали по дороге на работу. Не последовало объяснений, когда шоферов вытаскивали из машин и укладывали лицом в снег на грязный асфальт ничком, в расстегнутых пиджаках. Без объяснений били безоружных людей, руки которых были сцеплены на затылке — прикладами, ногами в пах… Двое сотрудников группы ‘Мост’ находятся в больнице с тяжелыми телесными повреждениями’. По свидетельству банкира, все попытки связаться с органами ФСК, МВД и прокуратуры долгое время оставались безуспешными. <…> ‘Я не испытываю никаких иллюзий по поводу того, как это дело будет завершено, — заявил Владимир Гусинский,- потому, что в нем задействованы слишком значительные силы’. Более того, президент Мост-банка считает, что недавние обширные публикации в официальной ‘Российской газете’ и события 2 декабря есть звенья одной цепи. ‘Я в этом уверен. У меня есть информация, но я не хочу пока об этом говорить’, — добавил банкир. По свидетельству Владимира Гусинского, служащим банка позже было представлено две версии происходившего: им было разъяснено, что этот инцидент связан с ‘расследованием коррупции’, будто бы планировалось изъятие документов, имеющих отношение к ‘черному вторнику’. (‘Я удивляюсь почему не по событиям 1961 года?’ — недоумевал выступающий.) Следующая версия увязывалась с тем, что на трассе, по которой ездит президент, появилась группа вооруженных неизвестных людей — охранников группы ‘Мост’ и, дескать, поэтому через 10 часов после перемещения по трассе президентского кортежа появилась необходимость лицеположения подозрительных во снег. Отвечая на вопрос Ъ, была ли, по мнению президента Мост-банка, эта акция направлена против известной своей мощью службы безопасности банка либо против него персонально, Владимир Гусинский сказал: ‘Я думаю, что если бы власти интересовала наша служба безопасности, они могли бы обратиться в главное управление внутренних дел г. Москвы и проверить данные на любого сотрудника. Ревизии там проходят регулярно — раз в 3-4 месяца. Что до меня — я не считаю себя персоной, равной Черчиллю, чтобы возбуждать подобный интерес. Вместе с тем, я полагаю, это была акция устрашения'».8

Факс 1994 года. Из архива главного редактора газеты «Куранты» Анатолия Панкова.

О том, что эта операция воспринималась как продолжение акции против Юрия Лужкова, которого обвинили в президентских амбициях на страницах «Российской газеты», и сотрудничающей с мэром группы «Мост», свидетельствует главный редактор газеты «Куранты» Анатолий Панков. В своей книге воспоминаний он пишет об этом так:9

Наш поэт-публицист Александр Иванов откликнулся (31 декабря 1994 г.) на это событие эпиграммой «Александру Коржакову»:

Это что за группа «МОСТ»?
Наступить бы ей на хвост,
Изувечить организм!..
Вот такой капитализм.

К «капитализму» это нападение не имело прямого отношения. Это таким образом охранник Ельцина попытался осадить ретивого московского градоначальника, чтобы тот не посмел даже и думать о претензии на президентский пост! Наехать непосредственно на Лужкова Коржаков не посмел (ведь Ельцин еще ранее просил все контрольные службы «не трогать» мэра, позволить ему похозяйничать в столице, начавшей осуществлять приватизацию и другие реформы). Но нападением на одну из главных опор московского градоначальника — бизнес-структуру Гусинского Коржаков дал понять, что с Кремлем лучше не вступать в конфронтацию.

А специально для проекта YeltsinMedia Панков рассказал, как его газета чуть было не пострадала после проведения этой спецоперации:

Поскольку мы то время были в хороших отношениях с «Мостом» (несмотря на то, что сделка о покупке нас Гусинским не состоялась), из службы Сергея Зверева во время нападения коржаковцев на охрану «Моста» нам передавали по факсу всю текущую информацию. Что-то мы экстренно и коротко печатали. Затем было опубликовано мое интервью с Юрием Лужковым. Очень пространное и откровенное. Жаль, что я не смог этот текст найти в своем архиве. Заголовок был примерно такой: «В администрации президента неправильно вычислили московского мэра». Суть в том, что Коржаков решил сделать упредительный выпад против Лужкова, которого заподозрил в его попытке противопоставить себя Ельцину на очередных выборах президента. Лужков заверял в интервью, что он верен Ельцину и не позволит выставить свою кандидатуру против него. (Ранее подобное интервью выходило и на страницах «Общей газеты», см. статью проекта о публикации «Падает снег»Н.Р.) Однако могу заверить, поскольку был близок к городской кухне, что Лужков был чрезвычайно активен. Много выступал на закрытых мероприятиях и публично. И это вызвало ответную негативную реакцию окружения Ельцина. Линия Лужкова была проста: он не критиковал лично Ельцина, но крепко ругал ‘младореформаторов’ (причем, чем более закрытое было мероприятие, тем жестче. Типа так: ‘мы вам не простим, господа хорошие’. Подобные высказывания, даже я или мои корреспонденты слышали, но никогда не публиковали в такой резкой форме на страницах ‘Курантов’.

Кстати, реакция Коржакова на нашу поддержку ‘Моста’ (бескорыстную!) была жесткой: он направил к нам гонца, который предложил, по сути, продать (передать) газету ‘Куранты’ в другие руки. Мне с большим трудом, используя кое-какие связи, в частности в Госдуме, удалось отбить атаки генерала. Да потом и сама ситуация успокоилась. До 1998 года, когда Лужков и Примаков, уже стесняясь после августовского дефолта, открыто провозгласили другой путь развития России. И это длилось до отставки Примакова и до «мочиловки» на экране «телекилером» по заказу Бориса Березовского…

Спустя годы, отвечая на вопрос автора этих строк, с чем было связано давление на Гусинского в этот момент, с бизнесом или с телевидением, Игорь Малашенко, генеральный директор НТВ в то время, ответил так: «Это было связано в чистом виде с НТВ и с освещением начинающейся чеченской войны. Только с этим и было связано» (читать интервью полностью).

Расследование дела было спущено на тормозах, а Гусинский решил временно выехать за границу. «Конечно, серьезных юридических последствий не было, виновные в беззаконии остались безнаказанными, — отмечают бывшие советники президента. — Генеральную прокуратуру возглавлял ставленник А. Коржакова А. Ильюшенко, который сделал все, чтобы его прикрыть. В конце концов, события в Чечне заглушили это дело».10

 

* Название «Маски-шоу» — это отсылка не только к маскам, в которых проводилась спецоперация, но и — к названию популярной в те годы телепрограммы.

  1. Батурин Ю. М., Ильин А. Л., Кадацкий В. Ф. и др. «Эпоха Ельцина. Очерки политической истории». «Вагриус», 2001.
  2. «Совершенно секретно». «Александр КОРЖАКОВ: Мы чем больше узнавали, тем меньше президент хотел нас слушать». «Совершенно секретно», 15 ноября 1996.
  3. Федоров, Алексей. «Операция, похожая на провокацию». «Сегодня», 3 декабря 1994.
  4. Замятина, Тамара. «Безнаказанность спецслужб может привести к созданию в России полицейского государства». «Известия», 7 декабря 1994.
  5. Любарский, Кронид. «Операция ‘Страх'». «Литературная газета», 7 декабря 1994.
  6. Саватеева, Ирина. «Кто управляет страной — Ельцин, Черномырдин или генерал Коржаков?». «Известия», 22 декабря 1994.
  7. Швырков, Георгий. «Взять ‘Мост’, на очереди… ‘телеграф’, что-ли? Хроника очередного акта ‘любви’ властей к национальному бизнесу». «Коммерсант», 13 декабря 1994.
  8. Маковская, Елена. «Взять ‘Мост’, на очереди… ‘телеграф’, что-ли? Хроника очередного акта ‘любви’ властей к национальному бизнесу». «Коммерсант», 13 декабря 1994.
  9. Панков, Анатолий. «По скользкой дороге перемен. От стабильности Брежнева до наследства Ельцина». «Перо», 2017.
  10. Батурин Ю. М., Ильин А. Л., Кадацкий В. Ф. и др. «Эпоха Ельцина. Очерки политической истории». «Вагриус», 2001.
Ранее:
Президент подписывает указ об акционировании первого канала
Далее:
Программа "Время" возвращается в эфир

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: