Наталия Ростова,
при поддержке фонда «Среда» и Института Кеннана

Расцвет российских СМИ

Эпоха Ельцина, 1992-1999

ИД «Коммерсант» объявляет о реформе

В издательском доме меняется структура и появляются новые руководители.

Логотип ежедневной газеты.

Президент издательского дома Владимир Яковлев рассказывает о причинах изменений на страницах «Коммерсанта-Weekly» (позже – журнал «Власть»). «Когда-то эта газета произвела переворот на рынке, став первой ежедневной по-настоящему информационной газетой, — говорит он. — Теперь нужно сделать следующий шаг. ‘Коммерсантъ-Daily’ будет той газетой, которую читаешь не только потому, что это полезно, но еще и потому, что это интересно, потому, что просто хочется эту газету читать. Это похоже на то, что произошло за последнее время с ‘Коммерсантъ-Weekly’. <…> За 5 лет российское общество прошло через период безудержного потребления. Но ‘общество потребления’ не свойственно для русских. И то, что у нас было, — это, по-моему, не общество потребления, а ‘общество перепробования’. Просто вдруг появилась масса всего такого, что просто необходимо было перепробовать: надкусить все новые конфеты, поездить на новых автомобилях, узнать джакузи — что это такое? Сейчас вроде почти все уже перепробовали. И сегодня шаблон новых русских понемногу уходит. Вот, например, этот, теперь знаменитый анекдот: «Приходит новый русский к старому еврею и говорит: ‘Папа, дай денег'». Его появление, по-моему, факт очень многозначительный. А на смену идеологии перепробования приходит какая-то иная. Угадать ее — значит ‘угадать’ издание».1

News Box газеты «Коммерсант». По центру — шеф отдела Андрей Макаров (с бородой, в очках). Фото из личного архива Ярослава Скворцова.

31 января свой первый номер в «Daily» подписывает новый главный редактор – Раф Шакиров, до этого возглавлявший журнал «Коммерсант-Деньги». Объясняя изменения в газете, он говорит, что она не перестанет быть деловой. «Никакой подмены не будет, — рассказывает он. – В Daily был, есть и будет сильный и интересный деловой блок. Смысл перемен гораздо глубже. Когда-то это была универсальная газета для деловых людей. Это был классный супермаркет, в котором каждый желающий мог выбрать то, что ему нужно. Теперешнему читателю (покупателю) уже нет смысла предлагать 150 сортов сыра каждый день. Он сам уже в этом разбирается. Тем более что источников служебной информации для бизнесменов появляется все больше. Да, мы до сих пор ведущие. Да, влиятельные. Но уже не уникальные. Мы это чувствуем. И понимаем, что газету пора менять, пока этого не почувствовал читатель. А читатель уже заметно подустал от потока мелких новостей и справочной информации. Ему газету хочется, которая была бы нужной, как хлеб, и привычной, как утренний кофе. Компетентную, информированную, удобную. И главное — интересную. В первую очередь это касается новостей. Я, например, и то, что получаю, не успеваю переваривать (с этим у нас в порядке — газеты такой толщины больше в России нет). Да и не все и всякие новости мне нужны, а только те, которые составляют, выражаясь математически, необходимый и достаточный рацион ежедневных новостей. Я хочу получать только то, что действительно важно, и не вообще, а сегодня. Понимать, что происходит, но не ломая голову над сложным материалом за рабочим столом, а за дружеской и приятной беседой. Мы приглашаем вас не в комнату переговоров, а на партию… скажем для солидности, в гольф, где, как известно, и принимаются 80% всех решений».2

Главным редактором газеты Раф Шакиров пробудет до 1999 года, когда ИД купит Борис Березовский. Спустя годы, в 2009-м, в интервью автору этих строк Шакиров так будет вспоминать о времени своего руководства газетой. «Когда я получил предложение возглавить ‘Коммерсантъ’, я ему (основателю ИД Владимиру ЯковлевуН.Р.) сказал, что делать просто деловую газету неинтересно и неплохо было бы изменить концепцию – сделать из ‘Коммерсанта’ не издание, которое освещает только корпоративные новости, а общественно-политическое, — рассказывал он. — Тогда серьезные вопросы решались не в конкурентной борьбе, а в окружении президента. И для того, чтобы объяснять, что происходит на рынке, надо было писать о новостях, связанных с властью, Кремлем, правительством… Помню, тогда я толкнул речь, что вот, мол, сделаем газету, которая войдет в тройку лучших газет страны, а потом станет просто лучшей. Все тогда посмеялись. Тогда было смешно равняться с ‘Известиями’… Но спустя года три ‘Коммерсант’ стал газетой – скажем без ложной скромности – номер один. Маркетинговый ход был абсолютно правильным. Уже тогда была нисходящая тенденция для чисто делового издания, ‘Коммерсантъ’ уже терял тиражи. Уже к 1999 году эта мысль ни у кого не вызывала смех. Встречая новый, 1999-й год, мы от имени Ельцина написали новогоднее поздравление. Сами написали, имитируя его слог. У меня до сих пор это письмо хранится. Он подписал, не изменив ни одного слова. Это был единственный случай, когда патриарх, президент и все первые лица страны поздравили страну через газету чуть раньше, чем по телевизору. Это было время, когда публикации в ‘Коммерсанте’ значили очень много, – они начали влиять на события. Это время, за которое не стыдно, которым можно гордиться».3 (Читать интервью полностью.)

Первая полоса газеты «Коммерсант» от 29 декабря 1998 года.

Изменения происходят и в «Weekly» — его главным редактором становится Андрей Васильев. «По-моему, у всех еженедельных журналов есть одна проблема, и это вовсе не проблема конкуренции, — рассказывает он в те дни. — Проблема такая: а зачем они вообще нужны? Например, с ежедневными газетами ясно: они нужны прежде всего, чтобы печатать новости как можно быстрее. А мы зачем? Учить? Этого сейчас не любят. Открывать глаза, как во время перестройки? Они уже и так на все открыты, шире некуда. А я надеюсь здесь дожить до того момента, когда я открою этот журнал и увижу, что он зачем-то нужен людям. <…> Возьмем кухни. И доперестроечные, и современные. Люди одного круга сидят на кухнях и говорят. Говорят все одно и то же. И знают, кстати, одно и то же. Но при этом на каждой кухне есть один самый интересный собеседник. То он скажет на тему сегодняшней говорильни что-то самое смешное, в другой раз — парадоксальное, в третий раз он знал больше других, в четвертый вообще ничего не знал, и поэтому его точка зрения была самая интересная. Вот и все, что я тебе могу сказать о «концепции еженедельного журнала». Просто он должен быть именно тем одним самым интересным собеседником. Сейчас на нашей кухне нет ни одного. По-моему. А вот когда будет два, тогда я буду думать о конкуренции».4

Кроме того, 21 февраля выходит и обновленный журнал «Столица», главным редактором которого назначен Сергей Мостовщиков. Этот журнал во главе с Андреем Мальгиным вышел в свет 1 августа 1990 года, в день вступления в силу закона СССР «О печати». «При существовавшем Главлите, при цензуре этот номер, конечно, выйти не мог, — рассказывал Мальгин в интервью автору этих строк в 2010 году. — Там была напечатана, например, юмореска Аркадия Аверченко о Ленине. А цензура ничего, что касалось Ленина, не пропускала. Кстати, после [выхода] этого номера мне позвонил Егор Яковлев, с которым мы были хорошо знакомы и который о Ленине много писал. Попенял, что же я так, что, мол, все-таки нужно стремиться к ленинским нормам. ‘Московские новости’, сказал он, никогда не опустились бы до того, чтобы говорить о Ленине плохо. Месяца за два до выхода номера я собрал команду журналистов, которых хорошо знал (работал в это время в газете ‘Неделя’) и предложил руководству Моссовета издавать ‘Столицу’. Одновременно в Моссовет обратились с предложением издавать ‘Куранты’ – издание городской тематики, а [Виталий] Третьяков предложил делать ‘Независимую газету’. Так одновременно начались три издания. <…> В отличие от ‘Огонька’ и других советских изданий, ‘Столица’ с самого начала провозгласила себя антисоветским изданием, что в условиях существования Советского Союза, КГБ и ЦК КПСС было уникальным явлением. Мы были единственным изданием, которое можно было купить в киосках (первый номер вышел тиражом в 300 000 экземпляров) и которое говорило, что оно – антисоветское. Другие антисоветские издания были самиздатовскими».5 (Читать интервью полностью.)

С января 1995 года журнал выходил в рамках издательского дома «Коммерсант». Всего, по словам Мальгина, он издал 225 номеров журнала. Но в мае 1995 основатель издательского дома Владимир Яковлев поменял главного редактора – на Глеба Пьяных, а через полтора года это произошло еще раз. «Журнал ‘Столица’ — самый таинственный, самый долгий и самый трудоемкий проект Издательского дома, — отмечал «Weekly». – ‘Столицу’ делали полтора года. Два главных редактора. Три художника. Пять фотографов. Полторы сотни сменявших друг друга журналистов. Наконец сделали. Накануне Рождества первый, так называемый ‘нулевой’ номер городского еженедельного журнала попал в почтовые ящики москвичей. Главным редактором, которому все-таки удалось довести журнал до читателя, стал Сергей Мостовщиков».6

Для известного журналиста это был первый опыт руководства изданием. «Да, это такой существенный и очень страшный переход, качественное изменение, — рассказывал Мостовщиков в интервью автору этих строк в 2010 году. – Инстинкт самосохранения ведь всегда говорит, что ты должен отвечать сам за себя, а любые перемены – всегда угроза существованию для рассудка. Он инстинктивно сопротивляется, и проще действовать там, где ты привык. И если ты понимаешь, что научился составлять заметки, эти заметки публикуют и платят за них деньги, то проще так дальше и делать. Это очень естественно и инстинктивно понятно. А когда происходит такая стрессовая вещь, то для организма это огромное событие. И он не знает, что он должен выделять в этой связи, какие ферменты, кислоты. Он пугается. Это проклятие состоялось благодаря [Владимиру] Яковлеву. Кстати, когда я его встретил не так давно, много-много лет спустя (он звал меня работать в ‘Сноб’, и я там безуспешно работал три месяца), первое, что я просил сделать, до всяких разговоров, – снять с меня это проклятие. Я попросил: ‘Яковлев, произнеси вслух фразу ‘Ты больше не должен работать главным редактором, ничего и никогда’. Он это сделал, за что я ему благодарен».7 (Читать интервью полностью.)

В момент запуска журнала Мостовщиков объяснял изменения тем, что новую концепцию журнала придумал Владимир Яковлев. «Восемь лет назад при его участии был создан совершенно новый для России тип журналистики и журналистов — то, что теперь называется ‘Коммерсантом’, — напоминал он. – Тогда это был настоящий прорыв, ведь вместе и отчасти благодаря ‘Коммерсанту’ формировалось общество, становились на ноги новые люди, рождался новый стиль газетной и журнальной журналистики. А сегодня вдруг пришла ностальгия. Почему вдруг? Да просто время изменилось. Тогда люди хотели как можно больше и сразу, хотели успеть везде: попробовать, заработать, узнать… А теперь хочется стабильности. Если говорить о журналистике, то читатель просто устал от ‘телефонных’ и ‘компьютерных’ новостей, от банкротств и убийств, от голой, а потому особенно жестокой информации. Хочется почитать что-нибудь спокойное, созидательное, доброе, остроумное, написанное не электронным ‘новоязом’, а нормальным русским языком. В нашу жизнь уже пришла стабильность, и люди хотят видеть ее везде, в том числе и в таком журнале, как ‘Столица’. Мы им это предоставим».8

Внутри «Коммерсанта» он все время работы подвергался критике, рассказывал Мостовщиков о своем опыте спустя годы: «Меня гноили еженедельно: «Дичь какая-то, которая неизвестно что делает в издательском доме ‘Коммерсантъ’». Или: «Это позор издательского дома ‘Коммерсантъ’!» Регулярный, нормальный фон. Я работал в боевой обстановке: я делаю нечто, что никому не нужно, и увеличиваю количество позора в пространстве. На фоне того, что тогда делал ‘Коммерсантъ’, журнал был дикостью и совершенно не ложился в их доктрину. Они всю жизнь занимались тем, что информировали, исходили из целесообразности, рациональности и объективности информации. И ни одной из позиций журнал не соответствовал. Когда вы выпускаете танки, а вдруг у вас появляется производство розовых тортиков, – это странно. Ну почему вдруг эклеры? И то, что он год выходил, для меня и было настоящим чудом».9

Одной из самых запомнившихся акций журнала стала кампания против памятника Петру Первому работы Зураба Церетели, со слоганом «Вас здесь не стояло!» «Поймите, в отличие от всех других изданий ‘Столица’ вовсе не критикует работы Зураба Константиновича, не разбирает его творчество, — объяснял Мостовщиков. — Мы преследуем одну очень простую цель — убрать из города этот ужасный памятник. И если Москве как городу, как семье удастся это сделать, значит, кончилась разруха, значит, мы что-то можем сделать вместе, значит, город этот действительно живой, и с его мнением обязаны считаться все».10

Сам Церетели отрицательно оценил обновленную версию журнала. «Зураб Константинович отнесся к этому вашему журналу с отвращением, с ненавистью, можно сказать, — рассказал «Коммерсанту» пресс-секретарь скульптора Лев Колодный. – Да просто не могли сфотографировать памятник Петру с крана, как там написано! Снимали в мастерской макет, а потом смонтировали. Вообще, весь материал — фальшивка».11 А вот глава администрации президента Анатолий Чубайс выразил принятие «Столицы». «Журнал произвел сильное впечатление, — сказал он «Власти», отвечая на вопрос «Как вам новая ‘Столица’?». – Я бы сказал, неизгладимое. Причем не только ‘кукла Юра’ и не только ‘сеятель’ (памятник Петру I. — Ъ), но и другие материалы».12

На одном из постоянных авторов журнала – Дуне Смирновой, Чубайс женится в 2012 году.

  1. Рогожников, Михаил. «Перестройка закончена, начинается жизнь. Интервью президента Издательского дома «Коммерсантъ» Владимира Яковлева». «Коммерсант-Weekly», 21 января 1991.
  2. Федоров, Александр. «Что в самом Daily происходит». «Коммерсант-Weekly», 21 января 1997.
  3. Ростова, Наталия. «‘Каждый новый акционер сложен по-своему. Они считают, что справятся с вашей работой лучше вас, просто у них на это нет времени’. Главный редактор газеты ‘Коммерсантъ’ (январь 1997–март 1999), главный редактор ‘Газеты’ (сентябрь 2001–октябрь 2003), главный редактор ‘Известий’ (октябрь 2003–сентябрь 2004) Раф Шакиров». Slon.ru/ Republic.ru, 30 ноября 2009. https://republic.ru/posts/14802 
  4. Рогожников, Михаил. «Интересная концепция». «Коммерсант-Weekly», 21 января 1997.
  5. Ростова, Наталия. «‘Ждать от России свободной прессы не приходится – она навсегда останется зависимой’. Главный редактор журнала ‘Столица’ Андрей Мальгин (август 1990–май 1995)». Slon.ru/ Republic.ru, 5 августа 2010. https://republic.ru/posts/17244
  6. Федоров, Александр. «Мурзилка для взрослых». «Коммерсант-Weekly», 21 января 1997.
  7. Ростова, Наталия. «Я работал в боевой обстановке: делаю нечто, что никому не нужно, и увеличиваю количество позора в пространстве» Главный редактор журналов «Столица» (декабрь 1996–декабрь 1997), «Большой город» (март 2002–сентябрь 2003), Mens’s Health (декабрь 2003–июль 2004), «Новый очевидец» (август 2004–январь 2005), «Крокодил» (сентябрь 2005–август 2008) Сергей Мостовщиков». Slon.ru/ Republic.ru, 11 мая 2010.
    https://republic.ru/posts/16861
  8. Федоров, Александр. «Мурзилка для взрослых». «Коммерсант-Weekly», 21 января 1997.
  9. Ростова, Наталия. «Я работал в боевой обстановке: делаю нечто, что никому не нужно, и увеличиваю количество позора в пространстве» Главный редактор журналов «Столица» (декабрь 1996–декабрь 1997), «Большой город» (март 2002–сентябрь 2003), Mens’s Health (декабрь 2003–июль 2004), «Новый очевидец» (август 2004–январь 2005), «Крокодил» (сентябрь 2005–август 2008) Сергей Мостовщиков». Slon.ru/ Republic.ru, 11 мая 2010.
    https://republic.ru/posts/16861
  10. Федоров, Александр. «Мурзилка для взрослых». «Коммерсант-Weekly», 21 января 1997.
  11. Без автора. «Как вам новая «Столица»?» «Коммерсант-Weekly», 25 февраля 1997.
  12. Там же.
Ранее:
В заложники захвачены корреспонденты ОРТ Роман Перевезенцев и Вячеслав Тибелиус
Далее:
Владимир Гусинский становится главой ЗАО "Медиа-Мост"

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: